Peculiarities of psychological well-being in future doctors with different stress perception levels in Yugra

The paper presents findings of the research aimed at determining the connection between stress perception level and psychological well-being of the medical students in Khanty-Mansi Autonomous Okrug – Yugra. The authors distinguish three groups with different stress perception levels, which demonstrate the variants of a person’s adaptation to life challenges. The major characteristics of the students with low stress perception (G1) are high self-acceptance and consideration of competition as a key well-being source. Nevertheless, motivated by competition, this group relatively decreases significance of personal growth and positive human relations. Here, lack of autonomy may increase stress vulnerability. The medium stress perception group (G2) shows generalized reaction to difficulties using professional competence as the main wellbeing source. These students’ well-being comes from within and, in this case, the autonomy reduction serves as a coping mechanism. The students with a high stress perception level (G3) are the most stress-susceptible individuals, as competence and life satisfaction can play the role of maladaptive factors due to possible perfectionism. This group views autonomy as a crucial well-being determinant. The research indicates the inverse dependence of a general well-being level on the stress perception intensity. Stress perception is the backbone defining the specific well-being architectonics, i.e. which of its components (autonomy, competence, relations) function as the leading coping mechanisms or stress vulnerability factors. The authors underline the importance of validating the differential psychological support for each of the aforementioned groups with the focus on stress resistance development and personal potential fulfillment in the professional formation process.

1. Головей Л. А., Петраш М. Д., Стрижицкая О. Ю. и др. Роль психологического благополучия и удовлетворенности жизнью в восприятии повседневных стрессоров // Консультативная психология и психотерапия. 2018. Т. 26, № 4. С. 8–26. https://doi.org/10.17759/cpp.2018260402.

2. Шамионов Р. М. Субъективное благополучие личности: психологическая картина и факторы. Саратов : Научная книга, 2008. 296 с.

3. Торкаченко Ю. В. Жизнестойкость как внутриличностный ресурс здоровья и психологического благополучия учителя // Психолого-педагогический поиск. 2021. № 4. С. 217–229. https://doi.org/10.37724/RSU.2021.60.4.020.

4. Карпинский К. В. Автономия смысложизненного выбора и психологическое благополучие личности // Теоретическая и экспериментальная психология. 2012. Т. 5, № 2. С. 5–21.

5. Леонтьев Д. А. Счастье и субъективное благополучие: к конструированию понятийного поля // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. 2020. № 1. С. 14–37.

6. Бочарова Е. Е. Взаимосвязь субъективного благополучия и социальной активности личности: кросскультурный аспект // Социальная психология и общество. 2012. № 4. С. 53–63.

7. Касперович В. В., Семенова Е. М. Психологическое благополучие успешных педагогов и педагогов с трудностями в самореализации // Социальные науки и детство. 2025. Т. 6, № 3. С. 37–49. https://doi.org/10.17759/ssc.2025060303.

8. Гузич М. Э., Хохлова Н. И. О готовности юношества северного региона России к профессиональному выбору // Психологическая наука и образование psyedu.ru. 2016. Т. 8, № 1. С. 86–95. https://doi.org/10.17759/psyedu.2016080108.

9. Хохлова Н. И. Самоотношение как маркер психологического благополучия у молодых женщин Югры // Северный регион: наука, образование, культура. 2025. Т. 26, № 1. С. 22–30. https://doi.org/10.35266/2949-3463-2025-1-2.

10. Хохлова Н. И., Шаброва Н. В. Маркеры удовлетворенности жизнью в поздней зрелости // Северный регион: наука, образование, культура. 2022. № 1. С. 55–60. https://doi.org/10.34822/2312-377X-2022-1-55-60.

11. Lazarus R. S., Folkman S. Stress, appraisal, and coping. New York : Springer Publishing Company, 1984. 445 р.