Сегодня образовательные организации оказались в фокусе внимания экстремистских и террористических группировок, которые активно используют учащуюся молодежь в качестве исполнителей противоправных акций. На фоне проведения специальной военной операции по демилитаризации и денацификации Украины в Российской Федерации наблюдается существенное увеличение экстремистских и террористических угроз, исходящих от украинских специальных служб и националистических организаций, которые ориентированы в первую очередь на подростково-молодежную среду.

По данным официальной статистики в 2024 г. значительно увеличилось число несовершеннолетних, причастных к преступлениям экстремистской направленности, которое составило 86,5 % (с 52 до 97 случаев), преступлений с террористической окраской – на 122,7 % (с 44 до 98). Фиксируется повышение общего числа особо тяжких преступлений, совершаемых несовершеннолетними, на 40,4 % [1].

В современных условиях деятельность экстремистских и террористических организаций по привлечению новых адептов в большей степени осуществляется в интернете. Для целей вербовки используются мессенджеры и интернет-сообщества (социальные сети, тематические чаты, чат-боты, секретные чаты, форумы, социальные интернет-проекты). Современные технологии позволяют организовать «удаленное» изучение личности подростка для последующего вовлечения в противоправную деятельность.

Существует ряд исследований, посвященных поискам и разработке эффективных мер профилактики деструктивного поведения несовершеннолетних, в том числе предупреждения экстремистских проявлений среди подростков в образовательных организациях. Значимыми в данной области являются работы С. В. Ивановой и Ж. В. Садовниковой [2–5], А. З. Адиева [6], И. Е. Абрамова, О. М. Шерехова [7], Е. В. Крюкова [8].

В работах Е. М. Тимошиной [9], А. В. Плешанова [10] деструктивная идеология подростков рассматривается как основа вовлечения в экстремистскую деятельность.

Исследования, проведенные Л. А. Липской [11], И. В. Козловой [12], направлены на изучение факторов, способствующих вовлечению подростков в противоправную деятельность в интернет-пространстве. Актуальность данных работ подтверждается результатами нашего исследования, в котором было установлено, что в 100 % (27 материалов) рассматриваемых материалов уголовных дел вовлечение подростков осуществлялось через интернет.

В источнике [13] представлены индивидуально-психологические характеристики и социально-психологические маркеры личности, потенциально склонной к участию в деятельности субкультуры с высоким уровнем деструктивности.

Зарубежные исследователи работают над созданием обобщенного портрета экстремиста, который мог бы позволить осуществлять диагностику экстремистских проявлений и разрабатывать упреждающие действия. Основные методологические подходы к анализу экстремистских проявлений среди подростков сходятся в необходимости системного понимания проявления агрессии, определения этапов, социальных и личностных предикторов экстремистских и террористических актов.

Рассмотрены практические аспекты предупреждения вовлечения подростков в деятельность экстремистских организаций в рамках реализаций существующих зарубежных программ профилактики деструктивного поведения (C. Sanchez и соавт. [14], D. P. Hamlin [15], V. Irwin и соавт. [16], P. Thomas [17], G. J. Botvin и соавт. [18], A. Biglan и соавт. [19], H. Eschenbeck и соавт. [20]).

В рамках нашего исследования мы предлагаем определить алгоритм вовлечения подростков в экстремистские и террористические организации, а также выявить маркеры их активности. В связи с этим поставлены следующие исследовательские вопросы. Каковы актуальные тенденции и способы вовлечения подростков в экстремистскую (террористическую) деятельность? Каковы факторы (индикаторы) вовлеченности подростка в деятельность подобных организаций?

В настоящем исследовании опрошены эксперты из числа сотрудников правоохранительных органов, объем выборки – 37 респондентов (Иркутск, Новосибирск, Омск, Тюмень, Самара, Саратов, Пенза, Казань, Екатеринбург) со стажем работы в правоохранительных органах более 10 лет, имевших в производстве уголовные дела экстремистской и террористической направленности в отношении несовершеннолетних.

В данном исследовании применялся комплексный подход, включающий как качественные, так и количественные методы анализа. Основными методами сбора данных стали опрос экспертов и анализ документов.

Для получения данных была разработана полуструктурированная анкета, содержащая открытые и закрытые вопросы. Они охватывали темы, связанные с особенностями вовлечения подростков в экстремистскую деятельность, основными факторами радикализации, а также выявлением маркеров вовлеченности в противоправную деятельность. Проведение опроса осуществлялось в период с января 2024 г. по июнь 2025 г. с использованием личных интервью и дистанционных опросов.

В дополнение к опросу экспертов был осуществлен анализ материалов уголовных дел экстремистской и террористической направленности в отношении несовершеннолетних. Анализировались 27 уголовных дел, находящихся в производстве сотрудников в период 2023–2025 гг. Эти материалы позволили выявить ключевые аспекты и алгоритм вовлечения подростков в экстремистские организации.

Документальный анализ был проведен на основании установленной методологии, включающей следующие этапы.

Анализ результатов опроса и документов велся с использованием методов качественной и количественной обработки данных. Результаты опроса были обобщены в виде алгоритма вовлечения подростков в экстремистские организации для наглядного представления, а также проанализированы в контексте существующей литературы и практики.

Выводы, сделанные на основании анализа данных, могут быть использованы для разработки рекомендаций по предотвращению вовлечения подростков в экстремистские и террористические организации.

В результате проведенного исследования выделены и описаны общие элементы вербовки подростков в экстремистские и террористические организации. На основании полученных данных была осуществлена категоризация подростков, представляющих наибольший интерес для таких организаций. Также в результате исследования были определены ключевые маркеры вовлеченности подростка в экстремистскую деятельность. Эти результаты позволяют детально изучить особенности вербовочной деятельности и сформировать эффективные профилактические подходы, направленные на снижение риска вовлечения молодежи в радикальные движения.

Специалистами выделены следующие этапы вербовочной деятельности.

Первый этап:

– выявление лица, потенциально склонного к вовлечению в экстремистскую и террористическую организацию. В этих целях вербовщики изучают сетевой контент на предмет выявления активных интернет-пользователей. Осуществляется анализ анкет на площадках по поиску подработки (типа HeadHunter, Avito и т. д.) для выявления подростков, нуждающихся в материальной поддержке;

– сбор информации о конкретном лице (составление сетевого портрета). Осуществляется поиск и анализ информации из открытых источников. Социальные сети служат основным полем для этого анализа. Сведения о личных данных пользователей, их увлечениях, мнениях и взаимодействиях с окружением предоставляют ценную информацию для создания их портрета. С использованием OSINT-технологий (Open Source Intelligence) осуществляется сбор и анализ данных, доступных в публичных ресурсах. В результате изучения социальных сетей, анализа метаданных и геолокаций, работы с базами данных делается вывод о психологическом состоянии и социальном положении лица;

– оценка полученной информации.

Потенциальный интерес для вербовки представляют следующие подростки (рис. 1):

а) заинтересованные в получении материальной выгоды, в т. ч. находящиеся в поиске легкой подработки (в 70,37 % (19 из 27) случаев рассматриваемых дел мотивацией осуществления противоправной акции являлось получение материального вознаграждения в размере от 10 000 до 700 000 рублей);

б) подростки, в отношении которых имеются компрометирующие материалы (фото сексуального характера, информация о совершенных ранее противоправных деяниях и т. д.);

в) представители субкультур с высоким уровнем деструктивности (оффники, скинхеды, сваттинг, колумбайнеры, АУЕ, М.К.У.);

г) демонстрирующие в интернете высказывания на политические темы, высказывающие недовольство принятыми политическими решениями;

д) отдельные случаи саморадикализации подростков.

Второй этап:

– установление непосредственного контакта. Активно используются методы вовлечения, основанные на организации различных челленджей и игровых форматов, направленных на стимулирование участия подростков. Как правило, несовершеннолетним предлагаются выгодные условия для совместной деятельности, которые могут расцениваться как возможность для заработка или участия в интересных мероприятиях. Предложения направлены на то, чтобы заинтересовать вербуемого и убедить его в том, что вступление в группу станет не только социально приемлемым, но и желаемым выбором.

Методы вовлечения через «игры на слабо» также находят широкое применение. Вербовщик выставляет определенные требования или вызовы, которые направлены на проверку и преодоление социальных барьеров и границ, тем самым подталкивая подростка к более глубокому вовлечению в экстремистскую среду. Эта стратегия может быть особенно эффективной, так как она затрагивает стремление молодых людей продемонстрировать свою смелость и независимость, что может приводить к неосознанному участию в рискованных или даже опасных действиях.

В целом такие ситуации преподносятся как случайные или спонтанные, создавая тем самым иллюзию естественности происходящего. Однако на самом деле эти события часто являются результатом тщательного и комплексного изучения личности потенциальной жертвы, его интересов и уязвимостей;

– оценка коммуникативных навыков, психологического состояния и социальных проблем. Установление качеств личности и проблем, которые могут быть использованы для вовлечения в экстремистскую организацию;

– проверка надежности подростка путем привлечения к 1–2 несложным акциям (подработкам) под руководством куратора, за выполнение которых, как правило, осуществляется денежное вознаграждение. Постепенное вовлечение в противоправную деятельность позволяет создать компрометирующую ситуацию вокруг подростка, что используется кураторами для совершения более масштабных экстремистских и террористических акций.

Третий этап:

– прямое предложение вступить в организацию либо совершить террористическую или экстремистскую акцию. Истинное принятие экстремистских установок происходит путем встраивания их в систему ценностей подростка (рис. 2).

Выявленные аспекты процесса вербовки подростков в экстремистские и террористические организации, а также анализ материалов уголовных дел в отношении несовершеннолетних лиц позволили выделить общие социальные и индивидуально-психологические особенности подростка, вовлеченного в деятельность экстремистских и террористических организаций.

Установленные аспекты вовлеченности не дают права определить однозначную причастность подростка к экстремистской деятельности, однако позволяют прогнозировать тенденции развития экстремистских настроений подростков, что необходимо учитывать при организации профилактической работы в образовательной организации.

В качестве атрибутов вовлеченности подростка в деятельность экстремистских и террористических организаций выделены:

− внешние признаки (стиль одежды, тематические татуировки, прическа и т. д.);

− характерная лексика (новые термины в речи (сленг, жаргон));

− изменение поведенческой модели (активные и общительные подростки становятся замкнутыми, а скромные становятся высокомерными и самоуверенными);

− изменение сферы интересов (появление крайних суждений на политические и социальные темы, новые интересы в религии, единоборствах, стрельбе, военному делу и т. д.);

− изменение материального положения (появление денежных средств, новых гаджетов и бытовой техники. Наиболее распространенным способом вознаграждения членов экстремистских организаций является перечисление электронной валюты (криптовалюта, NFT-рисунки и стикеры Telegram));

− конспирация (ограничение доступа родителям и педагогам к интернет-аккаунтам, сокрытие контактов и переписок в мессенджерах);

− изменение коммуникативной среды (появление новых знакомых, значительно старше школьника, которые не хотят знакомиться с родителями и педагогами);

− сетевые идентификаторы (изменение характера ведения интернет-профиля, подписки на деструктивный контент).

Проведенное исследование подтвердило актуальность и значимость проблемы вовлечения подростков в экстремистские и террористические организации, что стало очевидным на фоне наблюдаемого увеличения преступлений экстремистской направленности среди несовершеннолетних. Полученные результаты указывают на необходимость систематического совершенствования профилактических мер в образовательных организациях, а также на неотложность разработки и внедрения комплексных программ, направленных на минимизацию рисков радикализации молодежи.

Установленный алгоритм вербовки подростков демонстрирует, что современные технологии, в первую очередь социальные сети, стали ключевыми инструментами в деятельности экстремистских групп. Существует значительная угроза, вызванная использованием экстернализованных данных через OSINT-технологии, что позволяет радикальным организациям проводить целенаправленный отбор и манипуляцию подростками, основываясь на их психоэмоциональном состоянии и опыте. Это обстоятельство подчеркивает необходимость предосторожности и бдительности со стороны образовательных и социальных структур, способных выявлять потенциальную уязвимость несовершеннолетних.

Атрибуты вовлеченности подростков, выявленные в результате исследования, служат важными индикаторами возможной радикализации и требуют внимания со стороны как педагогов, так и родителей. Обнаруженные изменения в поведенческих моделях, интересах и социальной среде подростков должны быть предметом тщательного мониторинга и анализа, что, в свою очередь, может повысить эффективность профилактических мер.

Важным выводом данного исследования является необходимость разработки специализированных программ и тренингов для педагогов и специалистов, работающих с несовершеннолетними. Такие программы должны включать в себя элементы обучения критическому мышлению, навыкам анализа информации и развитию эмоциональной устойчивости, что поможет подросткам более адекватно воспринимать окружающую действительность и лучше справляться с давлениями со стороны экстремистских идеологий.

Кроме того, интеграция усилий правоохранительных органов, образовательных учреждений и сообществ позволит создать более безопасную социальную среду, способствующую формированию у учащихся стойкой позиции против экстремистской идеологии. В итоге системная работа, основанная на многоуровневом подходе к вопросам профилактики, может существенно снизить риски вовлечения подростков в экстремистскую деятельность и создать условия для их безопасного и продуктивного развития в социуме.

Таким образом, проведенное исследование не только вносит вклад в существующую научную литературу, но и предлагает практически реализуемые решения, которые могут стать основой для дальнейших исследований и практических действий в области профилактики экстремизма и терроризма среди подростков.