В современной геополитической ситуации процесс профессионального самоопределения личности должен быть сориентирован в отношении интересов государства, а сфера высшего образования – соответствовать актуальным потребностям в кадровом обеспечении экономики, научно-техническом и социокультурном развитии общества. Тема нашего исследования отражает потребность современного гуманитарного знания в понимании факторов формирования ориентировки личности в процессе профессионального самоопределения в границах периода юности.

Профессиональное самоопределение как новообразование юношеского возраста связано с периодом активного саморазвития личности в рамках образовательной и научной среды. В этом процессе удовлетворяются образовательные потребности, происходит интеллектуальное и культурное развитие в ходе учебной и воспитательной деятельности, обеспечиваются условия для служения молодых специалистов интересам государства и общества. При этом выбор направления вузовской подготовки нередко оказывается случайным, внешним, лишенным системности и субъективного смысла. Мы полагаем, что на этапе обучения в вузе существует возможность в ходе профориентационной и учебно-методической работы скорректировать ориентировку молодых людей. Также это позволит обеспечить процесс управления своим профессиональным самоопределением и карьерным развитием, особенно у студентов, обу­чающихся по приоритетным направлениям, связанным с естественными и техническими науками. В соответствии с вышесказанным исследование ориентировки в процессе профессионального самоопределения выступает актуальной задачей.

В теоретической части исследования наше внимание было обращено к условиям, приводящим молодых людей к нахождению своего призвания и причинах утраты заинтересованности в обучении на пути профессионального самоопределения. Мы предположили, что одну из ключевых ролей в данном процессе играют такие компоненты процесса ориентировки, как тип рациональности субъекта и временная перспектива личности. Исследование их связи позволит соединить философские и психологические методологические подходы к рассмотрению процесса профессионального самоопределения. Использование философского понятия рациональности и парадигм рациональности в концепции В. С. Степина [1], понятия временной перспективы Ф. Зимбардо и Д. Бойда [2] в соединении с психологической концепцией ориентировочной деятельности П. Я. Гальперина [3] позволит расширить научную трактовку профессиональной онтологии человека.

Специфика процесса профессионального самоопределения широко исследована и описана в работах психологов А. Н. Леонтьева, С. Л. Рубинштейна, К. А. Абульхановой-Славской, А. Маслоу, Э. Эриксона, Е. А. Климова, Н. С. Пряжникова, А. Ю. Разваляевой, С. Н. Чистяковой, Н. Ф. Родичева, О. М. Камаловой, С. А. Богомаза, В. А. Волковой, Т. И. Касьяновой и др. Профессиональное самоопределение в данных работах рассматривается как сложный процесс нахождения индивидуального смысла в хо­де выбора профессии, профессиональное и личностное самоопределения полагаются связанными. В работах социологов Э. Дюркгейма, Г. Зиммеля, Г. Тарда профессиональное самоопределение выступает условием интеграции в общество и становится средством «врастания» человека в общество путем развития личностного и надличностного смыслов. Сочетание личностного и надличностного компонентов обеспечивает связь психологической и социологической интерпретации понятия профессионального самоопределения, а личность и процессы ее развития рассматриваются системно как совокупность внутренних и внешних условий ее существования. С позиции философии личностное самоопределение принято рассматривать не как результат, а как процесс, состояние бесконечного жизненного выбора и самоидентификации себя при помощи философских категорий свободы, воли, ценностей, понятия жизненного пути. В работах философов Р. Декарта, Г. В. Ф. Гегеля, С. Л. Франка, Н. А. Бердяева, Дж. Сьюпера, Дж. Холланда и др. ведущим участником данного процесса выступает разум и рациональность, причем как в субъективном, так и объективном ее аспекте, Логос выступает как априорный принцип мироздания. Оригинальный подход демонстрирует П. И. Соснин, он обращает внимание на содержание персональной профессиональной онтологии как системы выраженных в языке «прецедентов», которые личность создает и затем осваивает в процессе реализации своего проекта развития [4]. Данная система прецедентов хранится субъектом и готова к использованию в процессе профессионального самоопределения, а значит, может быть идентифицирована в ходе исследования проекта саморазвития личности.

Следуя за П. Я. Гальпериным, определим поле образов и деятельность по его созданию как ориентировочную. Таким образом, в профессиональном самоопределении будет выделяться само исполнительное действие (например, поступление в вуз) и ориентировочная, идеальная деятельность по созданию личностью образа профессиональной деятельности и себя в ее рамках. Одним из философских условий понимания себя в мире и ориентировочной деятельности человека в целом выступает пространственно-временное представление, то есть представление времени как последовательности событий. Это позволяет нам предположить, что именно временная перспектива как философская категория и как важная составляющая ориентировки в жизненной перспективе человека поможет понять процесс формирования представлений о профессии.

Как и любая другая, профессиональная онтология описывается в характеристиках времени и пространства. В работах Ф. Зимбардо, Д. Бойда, Е. И. Головахи, А. А. Кроника, Е. Ю. Цыбульской, К. В. Парфененковой и др. понятие временной перспективы представлено в диалектическом ключе. Под временной перспективой понимается обобщенный образ временных характеристик собственной жизни, исходя из которого, личностью формируется система жизненных ориентиров. По мнению Ф. Зимбардо и Д. Бойда, временную перспективу можно использовать как отражение эффективности личных стремлений, которая в свою очередь определяет профессиональные амбиции, активность или реактивность в конкретной ситуации. В. С. Степин отметил, что «при описании процессов воспроизводства и адаптации биологических систем были обозначены особенности биологического пространства и времени. Формировалось представление о внутренних пространственно-временных характеристиках биологических систем, не редуцируемых к внешнему физическому пространству-времени» [1, с. 258]. Это позволяет обратить внимание на субъективное время и связать в дальнейшем концепции физического и субъективного времени в исследовании профессиональной онтологии. Уровень устойчивости личности в процессе полагания о собственном будущем находится в связи с осознанием прошлого и настоящего. В. Э. Чудновский указывает на связь стратегической ориентированности с устойчивостью личности, что имеет принципиальное значение в контексте исследуемой проблемы у молодежи.

К проблеме исследования временной перспективы в студенческой среде обращаются в процессе коррекции профессионального самоопределения у студентов Г. Ю. Лизунова, И. А. Таскина, Н. В. Гусельникова, А. С. Березовская [5]. Результаты данных исследований указывают на необходимость решать проблему развития временной перспективы студентов как фактора успешного планирования их будущего, однако данные авторы не обращаются к поиску причин формирования сложившейся у личности временной перспективы. В связи с этим интересен подход к пониманию динамической природы временной перспективы, формирующийся в последние годы, к которому обращаются Н. П. Шилова, Н. Л. Лукина, Н. А. Соловьева, А. Парола, Дж. Марционетти и др. [6–8]. Указанные авторы обращают внимание на внешние (культурный и социальный контекст, экономическое положение) и внутренние (удлинение/укорачивание рефлексии осознания своей профессиональной деятельности) факторы, обеспечивающие своеобразие временной перспективы у современных студентов. Новая трактовка контекста формирования временной перспективы и изменение методологических подходов ее измерения позволят рассматривать процессы профессионального самоопределения как гибкие, адаптивные и динамические, а также указать на их системную связь с культурными и социальными феноменами человеческого мира.

В этом отношении наш подход с использованием концепции рациональности для объяснения связи временной перспективы и стратегий ориентировки в процессе профессионального самоопределения поможет расширить понимание данной предметной области.

Типология трех парадигм научной рациональности изложена В. С. Степиным и раскрыта в работах Ф. П. Василюка, В. П. Зинченко, М. С. Гусельцевой, В. Е. Клочко, Э. В. Галажинского, В. И. Кабрина, В. С. Швырева и др.

В. С. Степиным предложено различать классический, неклассический и постнеклассический тип рациональности при описании принципов и условий существования и развития действительности. В. С. Степин рассматривает парадигму рациональности в качестве целостной модели рациональной деятельности, опосредованной научными картинами мира, набором идеалов и норм рациональности, философско-мировоззренческими установками. Эта модель включает в себя субъекта, объект, средства и набор операций [1, с. 249]. Рассмотрение психологии как науки постнеклассического типа, в которой психологические системы выступают в качестве открытых, самонастраивающихся и самоорганизующихся, а также раскрытие онтологических модусов сознания личности в рамках культурно-исторического подхода приводится в работах Л. С. Выготского, А. Р. Лурии, А. А. Мёдовой.

Мы полагаем, что парадигма научной рациональности через образовательную практику, систему научения и воспитания воздействует на мировоззрение личности. Тем самым формируется ее микрокопия – индивидуальная парадигма рациональности личности, принципиально схожая с формирующей ее парадигмой. Происходит интериоризация, присвоение внешней, существующей в научном мировоззрении модели рациональной деятельности на сформулированных в научном дискурсе принципах, что находит отражение в мировоззрении личности в целом и в процессе профессионального самоопределения в частности. Таким образом, отдельная личность в постнеклассической психологии уже не просто выступает как открытая самоорганизующаяся система с позиции внешнего наблюдателя. Модусы сознания отдельной личности для нее самой могут быть определены и раскрыты с позиций определения ее возможностей к самоизменению, она способна быть вовлечена в процесс саморефлексии и самонастройки в этом изменении.

По результатам эмпирического исследования мы произведем попытку сформулировать три стратегии ориентировки в профессиональном самоопределении, опирающиеся на разные типы рациональности.

Таким образом, на основании анализа научной литературы и практики профориентационной работы по вопросу сопровождения процесса профессионального самоопределения мы пришли к выводу, что психологическая готовность к обучению в вузе, как правило, рассматривается в границах адаптационных возможностей личности или набора качеств, имеющих значение для профпригодности. Это приводит к тому, что профилактика профессиональной дезориентировки нередко сводится к перечню необходимых психологических измерений, предупреждению профессионального выгорания и уточнению регламента требований к личности в профессиональной сфере. Мы же акцентируем роль «гибких» средств коррекции ориентировки в профессиональном самоопределении: в выстраивании критической позиции самонаблюдения, осознании себя и своей роли в обществе и мире в целом, социально-философском анализе оснований личного профессионального выбора. Это позволит укрепить систему психолого-педагогической поддержки и активизировать роль преподавателей-философов и социологов в профориентационной работе в вузах.

Анализ современной научной литературы позволил отразить основные тенденции в исследованиях ориентировки в профессиональном самоопределении и наметить вектор изменений в методологических подходах к ее изучению. В ходе исследования сформировано представление о содержании понятий «ориентировка» (или ориентировочная деятельность), «временная перспектива» и «парадигма рациональности» в контексте исследования профессионального самоопределения.

Объектом исследования выступает профессиональное самоопределение студентов.

Предмет исследования: парадигма рациональности и временная перспектива как компоненты ориентировки личности в процессе профессионального самоопределения студентов Сургутского государственного университета.

Цель исследования: доказать наличие связи парадигмы рациональности и временной перспективы личности для выделения стратегий ориентировки в профессиональном самоопределении обучающихся данного вуза.

Теоретическое исследование позволило сформулировать предположение о связи парадигмы рациональности и временной перспективы, для подтверждения которого нами проведено эмпирическое исследование.

Характеристика испытуемых. В исследовании связи парадигмы рациональности и временной перспективы как компонентов ориентировки в процессе профессионального самоопределения приняли участие студенты восьми направлений двух институтов естественного и технического профиля Сургутского государственного университета. Общая выборка включала 58 студентов в возрасте от 18 до 24 лет. Процентное распределение испытуемых по институтам выглядит следующим образом: естественных и технических наук – 53,4 %, политехнического – 46,6 %. Распределение по полу в выборке следующее: девушки – 58,6 %, юноши – 41,4 %.

Методики исследования.

Процедура сбора данных включала проведение трех последовательных срезов:

При обработке результатов использовались методы математической статистики: корреляционный анализ с использованием критерия Пирсона, критерия Краскела – Уоллиса, факторный анализ с использованием метода вращения варимакс. Указанные процедуры выполнялись с использованием программной среды SPSS (IBM SPSS Statistics 26).

Исследование связи парадигмы рациональности и временной перспективы реализовывалось в ходе проведения трех последовательных срезов, то есть трех этапов.

Первый срез – сочинение «Мой профессиональный выбор» – позволил создать индивидуальный портрет процесса профессионального самоопределения по каждому испытуемому. Применение выработанных дескрипторов для скрытого кодирования позволило систематизировать массив данных и сформулировать три стратегии ориентировки в профессиональном самоопределении, соединив их с тремя парадигмами рациональности по В. С. Степину.

При обработке сочинений «Мой профессиональный выбор» использовались два вида текстуального кодирования:

1) открытое (манифестное) кодирование содержания текста;

2) семантический анализ или скрытое (латентное) кодирование содержания текста.

Скрытое кодирование принято характеризовать как менее надежное, но предполагает поиск скрытых, неявных смыслов текста, имплицитных значений его содержания. Это согласовывалось с задачами данного исследования, так как ориентировка и парадигма рациональности выступали как незнакомые испытуемым понятия, а проявление их содержания лежало на исследователе. Дискурсивный характер понятий требовал применения качественного анализа и позволил использование модифицированной техники анализа ранних воспоминаний личности [9]. Предложенные Е. Н. Исполатовой и Т. П. Николаевой характеристики были дополнены и адаптированы под задачи настоящего исследования.

Характеристики для проведения семантического анализа сочинений (скрытое кодирование) отражены в табл. 1.

Для обработки полученной информации в процессе кодирования были использованы подробные дескрипторы с описанием и расшифровкой интерпретации каждого кода. Пример дескриптора «Тип выбора» будет приведен ниже в процессе иллюстрации выводов корреляционного анализа. Наиболее информативным показателем, основанном на открытом кодировании, оказалось количество лиц (в единицах), прямо связанных с процессом профессионального самоопределения.

Для описания трех стратегий ориентировки в профессиональном самоопределении нами были задействованы перечни характеристик с дескрипторами. Их соответствие стратегиям представлено в табл. 2.

Характеристики стратегий ориентировки приведены в соответствие с парадигмами рациональности на основе положений концепции В. С. Степина о целостной модели рациональной деятельности, включающей субъекта, объект, средства и набор операций.

На втором этапе проводилось измерение по методике «Временная перспектива». Полученные данные позволили создать интересный портрет студента технических и естественно-научных направлений подготовки.

Результаты измерений по шкале «Негативное прошлое» у 82,8 % испытуемых превышали значения нормы. Данный показатель отражает степень неприятия своего прошлого, определяет общую негативную реакцию и разочарование в прошлом. Результаты измерений позитивного прошлого были ниже значений нормы у 55,2 % испытуемых, общая оценка отношения к прошлому в исследуемой выборке довольно пессимистическая. По результатам измерений по шкале «Фаталистическое настоящее» 91,4 % испытуемых оценивают его как предопределенное, не подконтрольное их воле, считают события происходящими независимо от собственных усилий. При измерении показателя «Гедонистического настоящего» у подавляющего большинства (98,3 %) испытуемых было обнаружено значение ниже нормы. Мы интерпретировали это как признак отсутствия у испытуемых нацеленности на удовольствия, интереса к рискованному поведению или зависимостям. Вместе с предыдущими выводами это позволило предположить, что в выборку попали студенты с высоким уровнем ответственности за свое будущее при довольно пессимистическом и отстраненном отношении к настоящему. Сложившийся по трем из четырех шкал портрет практически уравнял испытуемых в выборке и указывал на слабую возможность использовать временную перспективу для объяснения различий в процессе профессионального самоопределения. Однако измерения по шкале «Будущее» выделили данную шкалу среди других. Применение частотного анализа с использованием метода Z-стандартизации показало, что по шкале «Будущее» среди всех шкал получены наименьшие показатели частоты сниженных значений относительно нормы (27) и нормальных значений (1), а также наибольший показатель частоты повышенных значений (30). График результатов измерений по шкале «Будущее» показан на рис. 1. Предположение, что повышенные значения по шкале «Будущее» помогут выделить испытуемых с постнеклассической парадигмой рациональности и третьей стратегией ориентировки, а сниженные – «классиков» из первой стратегии, требовало проверить гипотезу при помощи корреляционного анализа.

На третьем этапе все участники исследования прослушали лекцию «Парадигмы рациональности» и прошли процедуру рефлексии по ее завершении. В результате каждый респондент указал тип парадигмы рациональности, к которому себя относит, поясняя это на примерах из своего жизненного опыта. Результаты самоопределения парадигмы рациональности были впоследствии соотнесены с выводами по каждому испытуемому о стратегии ориентировки, полученными при анализе сочинений. Во всех случаях студенты подтвердили заключения исследователей, сделанные на первом этапе.

Для снижения размерности и анализа наиболее важных свойств процесса профессионального самоопределения был произведен факторный анализ с использованием меры выборочной адекватности Кайзера – Майера – Олкина (КМО) и критерия сферичности Бартлетта, методом вращения варимакс с нормализацией Кайзера. Результаты факторного анализа показали, что КМО = 0,577, а это является необходимым условием для факторного анализа. Критерий сферичности Бартлетта (значение p < 0,05) удовлетворяет условиям анализа, корреляция не единична. Рассматриваем значение нагрузки, если нагрузка компонента > 0,5.

Для факторного анализа использовались следующие показатели, которые были получены в ходе различных срезов в исследовании:

− парадигма (результат рефлексии);

− системность выбора (сочинение);

− степень осознанности и вербальности состояний (сочинение);

− тип выбора (сочинение);

− субъективная оценка выбора (сочи­нение);

− мотивационно-потребностная сфера профессионального самоопределения (сочинение);

− социальная ситуация развития (сочи­нение);

− количество лиц, оказавших воздействие на выбор (сочинение);

− личный вклад в выбор (сочинение);

− эмоциональный фон сочинения (сочи­нение);

− показатель «Негативное прошлое» (ZTPI);

− позитивное прошлое (ZTPI);

− показатель «Фаталистическое настоящее» (ZTPI);

− показатель «Гедонистическое настоящее» (ZTPI);

− показатель «Будущее» (ZTPI).

При помощи повернутой матрицы компонентов с вращением варимакс (вращение сошлось за 9 итераций) выделены 4 фактора, которые дают в сумме более 50 % дисперсии.

Фактор 1: системность выбора (0,780), степень осознанности и вербальности состояний (0,689), тип выбора (0,590), субъективная оценка выбора (0,573), парадигма (–0,542), мотивационно-потребностная сфера профессионального самоопределения (0,514).

Фактор 2: временная перспектива «Негативное прошлое» (0,808), временная перспектива «Фаталистическое настоящее» (0,679).

Фактор 3: социальная ситуация развития (0,856), эмоциональный фон сочинения (0,793).

Фактор 4: личный вклад в выбор (–0,739), временная перспектива «Будущее» (0,695).

Анализ показал, что именно первый фактор выступает основой для анализа сочинений и его компоненты способствовали установлению содержания стратегий ориентировки в профессиональном самоопределении. Также установлено, что тип парадигмы рациональности находится в обратной связи с отношением к профессиональному самоопределению (табл. 3). Мы интерпретируем это таким образом: постнеклассическая парадигма рациональности определяется высоким уровнем содержательного отношения к миру и своей деятельности в нем, а классическая – низким. Наша гипотеза о том, что парадигма рациональности имеет значение в процессе ориентировки в профессиональном самоопределении, находит, таким образом, свое подтверждение.

Для нашего исследования показательна четвертая группа факторов, которая отражает уверенность в будущем. В этой группе высокие показатели временной перспективы «Будущее» находятся в обратной связи с показателем внешнего вклада в выбор профессии, то есть у испытуемых, полагающихся на чужие решения, будущее время в меньшей степени выступает объектом планирования и целеполагания.

Объем выборки не позволил описать факторы, определяющие стратегию ориентировки у каждой парадигмы рациональности в отдельности. Значение меры адекватности выборки КМО была ниже, чем требовалось.

Для выявления различий между испытуемыми с разными парадигмами и их типом выбора (последовательный, ситуативный, наименьшего сопротивления, стихийный) используем критерий Краскела – Уоллиса в SPSS. Анализу подвергались все полученные данные. Результат анализа приведен по характеристике «Тип выбора (последовательность)» (табл. 4). На основании полученных данных можно сделать вывод о значимых различиях между группами парадигм рациональности по показателю «Тип выбора» (асимптотическая значимость менее 0,05). Для объяснения результатов обратимся к дескрипторам этой характеристики.

Результаты дисперсионного анализа с использованием критерия Краскела – Уоллиса для выявления различий между испытуемыми с разными парадигмами и их типом выбора (последовательный, ситуативный, наименьшего сопротивления, стихийный) отражены ниже (рис. 2).

В графическом виде различия отражены на гистограмме (рис. 3).

Рис. 3 демонстрирует, что наибольшее количество представителей неклассической парадигмы рациональности ориентированы на учет одного-двух факторов при выборе, наиболее влияющих на ситуацию, а у «постнеклассиков» путь наименьшего сопротивления и стихийного выбора в принципе отсутствует. Представители классической парадигмы почти равномерно распределяются по всем типам выбора. Среди тех, кто выбирает многоуровневый последовательный путь, меньше всего представителей классической парадигмы.

Для подтверждения главной гипотезы эмпирического исследования о связи парадигмы рациональности и временной перспективы была выполнена процедура корреляционного анализа с применением критерия Пирсона (табл. 5).

Таким образом, при помощи методов математической статистики доказана связь такой компоненты ориентировки, как парадигма рациональности, с показателями временной перспективы: прямая связь с показателем «Будущее» и обратная – с показателем «Фаталистическое настоящее» на уровне 0,05.

В ходе проведения статистического анализа данных выполнена главная задача эмпирического исследования, связь между парадигмой рациональности и временной перспективой личности доказана, что позволило подтвердить возможность сочетания парадигмы рациональности и временной перспективы при формулировке стратегий ориентировки в профессиональном самоопределении.

В результате эмпирического исследования на основе данных корреляционного анализа были сделаны следующие выводы и названы стратегии ориентировки в профессиональном самоопределении.

В дальнейшем планируется увеличить выборку и использовать новые подходы к изме­рению временной перспективы, например опросник Х. Ли для расширения ее динамической трактовки и интерпретации.

В современных условиях способность личности оперативно, тактически и стратегически рассматривать действительность становится определяющей. Гибкость мировоззрения и способность управлять временной перспективой, свободно перемещать фокус внимания между временами, критически мыслить и рационализировать действия в своем саморазвитии очерчивает предел развития ориентировки в профессиональном самоопределении.